Человек с часами "Патек"

Мне очень нравилось проводить время в этом небольшом уличном баре респектабельного отеля с аистом в центре Цюриха. Собственно, часть бара, расположенная за пределами помещения, состояла из пяти небольших столиков, прижатых вплотную к металлический ограждениям реки, откуда было так приятно наблюдать за подплывавшими белыми лебедями, бросать им кусочки булки. Сам бар находился за огромными окнами, где царил покой и гармония, но и здесь на улице было сидеть очень приятно, наблюдая и за грациозными лебедями, и за состоятельными гостями бара при этом непростом отеле, за немногочисленными прохожими, которые сворачивали в метре от меня на узкую пешеходную дорогу, которая вела вдоль реки и бутиков к кафедральному собору. Фасад отеля украшали аисты, видимо, напоминая о близости французского Эльзаса, символом которого были эти птицы, а совсем рядом располагалась композиция, символизирующая виноделие.
Обычно я брал себе чашечку кофе и рюмку коньяка или вильямса (крепкой грушевой настойки), а также булочку лебедям. Иногда нам хотелось повторить заказ, и тогда я доставал сигару и закуривал. Я не курил,но сигара - это, скорее, дополнение к происходящему, когда все хорошо, хочется это посмаковать, добавить новые ощущения и запахи, подарить знакомые ароматы...Сигары я сам привозил из моих довольно частых визитов на Кубу и курил довольно редко. Для этого надо было особое настроение.
В баре я обычно проводил около часа, а потом шел гулять по Цюриху, насладившись видами, гармонией, кофе с коньяком и сигарным ароматом.
Цюрих я очень любил и мог долго гулять по этому многоликому городу, расположенному на берегах реки Лиммат, впадающей в живописное Цюрихское озеро.
Знаменитую Банкофштрассе, финансовый и торговый центр города, считающуюся одной из самых красивых и дорогих улиц Европы, я обычно обходил, предпочитаю более тихие улочки исторического центра, живописные переулки с прелестными домиками в готическом стиле, в которых расположены антикварные магазины, рестораны и булочные.
Сегодня я недолго прошелся по Банкофштрассе и, купив жареные каштаны, направился на вершину холма чтобы полюбоваться отсюда на старинный город, раскинувшийся по берегам реки. До этого я еще прогулялся возле знаменитой церкви Святого Петра и сфотографировал главные городские часы, по ним сверял время Владимир Ульянов, который жил здесь в 1916 году с женой и тещей на Шпигельгассе в переулке Зеркал, о чем свидетельствует надпись на немецком языке. Я довольно долго стоял и смотрел на эту надпись, думая о странностях судьбы и и роли случая в истории личностей и государств.
Швейцарские экскурсоводы любят рассказывать об этом периоде в жизни будущего вождя и приводить воспоминания, что ел он только паровую телятину. Квартира была довольно приличных размеров и вполне могла бы устроить и сегодня состоятельных граждан этого города. Вспомнился фильм, в котором действия происходили в одной, скромно обставленной комнате. Умеем мы придать несуществующие черты нашим вождям.
Вспомнился мне и случайный разговор со своей учительницей по литературе через много лет, очень строгой женщиной, убежденной в правоте коммунистических идей:
- Я сегодня совсем иначе смотрю на произведение «Ленин и печник» и вижу то, что не замечала раньше. Туда печника привезли, а обратно он пришел пешком по морозу, был рад, что отпустили.
Думал я об этом и сейчас, наблюдая за лебедями и делая глотки коньяка и горячего кофе. Стоял февраль и было довольно прохладно для уличных застолий, но уходить не хотелось.
По привычке я царапал стихи на чем попало и обо всем, что возбуждало мой мозг, разогретый коньяком и кофе и сбалансированный окружающей гармонией.


Приснился сон. Я в Цюрихе, читаю
На старом доме эту надпись снова,
Тут Ленин жил, но сразу замечаю,
Что нет про революцию ни слова.

Да, он остался. Тут тепло и сытно.
Телятина парная и квартира,
И из окна на тихий дворик видно,
Как можно изменить устройство мира.

В России все прошло вполне достойно,
Не бегали солдаты и матросы,
Не утонули в этих братских войнах,
Арестах, пытках, лагерях, доносах.

Не потеряли честь, себя и веру
И не предали прошлое забвению,
И в никому ненужную аферу
Не бросили страну и поколения!

Кроваво-красных красок избежали,
И изменился мир на всей планете,
Добрее стали, строили, рожали,
Отцов своих не предавали дети.

Не видно на истории страницах,
Как правили кухарки и крестьяне,
Следы интеллигентности на лицах,
Не стерли, годы, полные обмана.

И не было войны той страшной самой,
В которой утонули миллионы,
И жили мы без этой рваной раны,
И целы были церкви и иконы.

С Европой мы дружили, торговали,
И так как не было противоречий,
Там о фашизме ничего не знали,
И были рады с нами каждой встречи.

Вино мы пили, водку, шнапс и пиво,
Любили, танцевали и венчались,
И жили долго, счастливо, красиво,
В очередях за визами не жались.

Пол-миллиарда граждан и гражданок,
Гордились Родиной большой и малой,
Не стало на дорогах рвов и ямок,
И дураков совсем не видно стало..

Не стало нищеты и преступлений,
Такая вот гармония приснилась,
Как хорошо,что там остался Ленин,
Как жаль, что это в жизни не случилось.

Вот, что у меня получилось в тот холодный день в баре этого сытого европейского города, который годами занимает первое место по качеству жизни. Я часто думал о том, что если бы не было революции и последующих событий, изменивших устройство страны, разделивших общество на белых и красных, уничтожения интеллигенции и воспитания отрядов Павликов Морозовых и Шариковых, сегодня мы жили бы не хуже благополучной Европы и имели население около пятисот миллионов человек. Это было бы здоровое общество, в котором нет необходимости в огромной армии милиционеров, призванной удерживать своих граждан от преступлений от агрессии, армии военных, спецслужб и военизированных структур, колонии заключенных, от западных до восточных областей страны количеством равным милиционерам, около двух миллионов человек, алкоголиков, наркоманов, бродяг и нищих, считать которых некому и незачем.
Не смею категорично утверждать, но можно предположить и то, что не было бы такой кровавой войны, если бы не было идеологических предпосылок и диктатуры одного человека, опиравшегося на стаю соратников.
Я знаю, что многие не разделяют эту точку зрения и никому не навязываю ее.
Надеюсь, это не оскорбит ваши чувства, но мне кажется, не стоила вся эта возня, которая ни к чему не привела, столько жизней и разрушенных судеб.
- Пожалуйста, ваш коньяк, - пожилой официант, как всегда, был любезен и переполнен важности.
- Большое спасибо,- поблагодарил я его и попросил еще одну булочку.
Видно было, что ему не особо хочется выходить на холодную улицу в нарядном костюме, но клиент всегда прав. Я же просто не ожидал, что приплывет еще пара лебедей, и одной булочки на троих им будет явно недостаточно.
Настроение у меня было хорошее, несмотря на вчерашние события. А случилось следующее .
В Цюрихе я был уже неделю и вчера должен был улететь в столицу. Позавчера я был в Люцерне, очень красивом небольшом городе Центральной Швейцарии, расположенном у Фирвальдштедского озера в окружение живописных холмов и гор. Мы приехали туда на машине с моей швейцарской подружкой, с которой я познакомился, когда смотрел часы в магазине. Было желание и возможность купить часы, но тот «Патек», который я присмотрел по каталогу, не смотрелся на моей руку из-за маленького диаметра.
Я даже померил пару часов другой модели,но ничего предложенное меня не устроило .
- Вам надо подобрать Патек, это ваша марка,- сказала мне девушка.
Я был польщен, часы Патек свидетельствовали об очень хорошем вкусе и респектабельности владельца. Недаром эти часы - номер один в мире, и хотя они и не нуждались в рекламе, фирма–производитель придерживалась мнения, что этими часами не может владеть один человек, они передаются по наследству.
- Посмотрите вот эти часы,- девушка показала мне еще две модели часов, которые явно превосходили в цене мои планы.
Из вежливости я померил часы и обнаружил, что прямоугольные классические часы из розового золота и платины очень хорошо и стильно смотрятся на моей руке.
- Просто превосходно,- сказала девушка, и я не мог с ней не согласиться.
Посмотрев на себя в зеркало и вдоволь полюбовавшись часами, я пообещал подумать и ушел из магазина, а в тот же вечер я случайно встретил эту девушку на улице, мы разговорились, и я пригласил ее в ресторан.
Так началось наше общение. Мы иногда встречались, сидели в ресторане и даже съездили в Лихтенштейн.
Я думал о часах, но денег не хватало, а просить что–бы кто-то из друзей перечислил на карточку в долг я не хотел, как бы там ни было, речь шла о дорогой игрушке. В общем, я уже отказался от мысли о покупке часов и фактически смирился с такой ситуацией.
В этот довольно солнечный день мы приехали в Люцерн и долго гулями. Я вам скажу, Люцерн – это сказка. Помню, в первое мое посещение этого чудесного городка в качестве туриста группа бежала за куда-то, видимо, опаздывающим экскурсоводом, и символ Люцерна-мост Капелльбрюкке мы осмотрели за пятнадцать минут.
- Куда мы торопимся?-возмутился я, но, не найдя поддержки у соотечественников, я просто узнал, где и когда мы встречаемся и покинул эту блеклую компанию. Там была девушка Саша, которая путешествовала с мамой и, безусловно волновала мое сознания, но даже ради этого общения, я не хотел быть частью толпы.
Как можно было бегло осматривать этот мост! Этот старейший в Европе мост с деревянной кровлей был построен в начале четырнадцатого века в качестве составной части городских укреплений. В 1993 году мост сильно пострадал от пожара, и в безжалостном огне сгорели старинные картины, украшавшие стропила кровли. Повезло, что не пострадала восьмигранная Водонапорная башня, служившая в те времена и кладовой, и архивом, и тюрьмой. Трудолюбивые швейцарцы все отреставрировали, и мост приобрел свой первоначальный вид.
Мы гуляли не спеша по этому легендарному мосту, любовались живописными видами Фирвальдштедского озера и великолепным видом на Альпы, посетили церковь Иезуитов и Рыцарский дворец, ели на ходу неповторимый брезель и с набитым ртом шли по улочкам города, а затем присели в старинном ресторане и заказали вино и фондю .
- А почему швейцарцы так любят коров? - спросил я неожиданно.
- Потому, что они красивее жен, - засмеялась моя подруга.
Она была немка, довольно симпатичная и хорошо сложена. А швейцарские девушки и женщины действительно традиционно не отличались красивыми внешними данными.
- Ну надеюсь, что дальше платонической любви они не продвинулись, - засмеялся я.
Девушка громно засмеялась, и я ее поддержал, не в силах сдержаться от сказанного.
Мы смеялись минут пять несмотря на удивленные взгляды степенных посетителей и безразличных туристов.
Мы прекрасно провели время, хорошо поели и вышли уже на освещенную многочисленными фонарями улицу в хорошем расположении духа. Особенно я, уделив внимание не только еде, но и напиткам.
Недалеко от места трапезы на нашем пути к парковке нам встретился часовой магазин, который уже закрывался.
- Зайдем? - неожиданно для себя предложил я.
- Давай зайдем, - поддержала подружка.
Услышав звон колокольчика и увидев нас, две сотрудницы этого царства часов прекратили сборы и любезно выслушали наши пожелания. А через несколько минут передо мной появились две прямоугольных модели Патек. Одна была точно такая, как я смотрел в Цюрихе, но уже без платины, а вторая, выдержанная в простом классическом исполнении. Я одел часы на разные руки и не мог определиться, склоняясь понемногу к легкой классике, очень элегантной и стильной модели. Моя знакомая тоже так считала.
- Вы еще молодой человек, и я бы посоветовала эти, - угадала мои мысли продавец, хотя эта модель была несколько дешевле. - Подумайте хорошо, такие часы покупают на всю жизнь.
Но я уже не хотел думать.
- Спасибо ... Я возьму эти часы, - сказал я, удивив служащих быстротой выбора.
- Извините ,но нам надо поменять ремешок, этот несколько потемнел от солнца, - извиняющимся голосом произнесла одна из служащих, - на это уйдет день-два.
- Ничего не надо, меня все устраивает, - я одел часы на руку и уже не хотел снимать. Коричневый ремешок из кожи крокодила немного потемнел внутри, и меня это мало волновало.
Нам принесли шампанское. Редкий случай, все четверо были довольны и в хорошем настроение. Отметив покупку, нам вручили большую со вкусом и роскошью сделанную коробку. Вскоре мы вышли на улицу.
- Вам еще коньяк? - с улыбкой спросил официант у меня, как у хорошего знакомого. - Вижу вы в прекрасном расположение духа?
- Да, будьте любезны. Настроение у меня действительно хорошее.
- Разве может быть плохое настроение у человека с часами Патек, - с уважением отметил мой собеседник,- это отличный выбор.
Я еще раз поблагодарил официанта за приятные слова. Для жителей Швейцарии часы говорят о многом. Это ваш уровень,стиль, вкус и визитная карточка. Даже если вы пришли в джинсах, футболке и кроссовках, но на руках Патек - это главное. Правда, я не считаю, что такие часы можно одевать с чем угодно. В стране часов, шоколада и сыра, все знают правила игры, под названием жизнь.
Помните, как у нас рекламировали «Ролликс»? Не хочу обижать эту известную марку, но на самом деле это часы для тех, кто еще стремиться к успеху, но не достиг его и только сделал заявку. «Ролликс», конечно, есть и очень дорогие. Я видел,как часы за сто тысяч мерили наши сограждане, украинцы, новые китайцы и индусы. Но только задумайтесь, «Ролликс» выпускают в год в десятки раз больше, чем Патек, который является штучным товаром, элегантной роскошью. Впрочем, о вкусах не спорят. Однако хочу заметить, что название свое эта самая знаменитая швейцарская часовая марка получила из сочетаний фамилий своих основателей Антуана Норбера де Патека и Анриена Филиппа в далеком 1845 году, а основана шестью годами раньше и с тех пор стремится к совершенству, сочетая традиции часового производства с современными достижениями и подтверждая высочайшую репутацию часового дома.
- Ваш коньяк,- официант профессорского вида был подчеркнуто вежлив и точен.
Я поблагодарил его и с сожаление подумал, что сегодня прощаюсь со Швейцарией и улетаю. Правда, я должен был улететь еще вчера, а сегодня вечером должен был пойти на «Ревизора» в театр имени Моссовета. Однако все сложилось иначе, и я позвонил своим хорошим знакомым, у которых были ключи от квартиры, и подарил им билеты на спектакль. Думаю, они получат удовольствие от просмотра.
Вчера меня задержали в аэропорту Цюриха и сняли с рейса. Я имел неосторожность оставить объемную коробку от часов, одеть часы на руку и, пройдя досмотр, предъявить в окошко только документы о покупке часов и продемонстрировать часы на своей руке. Этого оказалось недостаточно. Бдительные служащие таможни попросили снять часы и долго их исследовали, а потом заявили, что я пытаюсь получить такс-фри незаконно. Их смутил ремешок, они созвали консилиум, рассматривали часы через лупу и не принимали никакие объяснения. Была даже попытка вскрыть часы, так как они не смогли обнаружить номера. При покупке часов, нерезидентам Швейцарии сразу предоставлялась скидка в шесть процентов ,однако, часы должны были быть вывезены из страны, и таможенные органы должны были сделать соответствующую отметку и сообщить в магазин. Иначе с карточки списывались эти деньги. В процессе общения я понял, что зависть и предвзятость существует не только в нашей стране. Служащим было не понять, почему я купил довольно дорогие часы, не поменяв ремешок, и сразу одел на руку. Они, возможно, были даже оскорблены до глубины души моим объяснениями и не хотели в это верить. Моя знакомая пыталась объяснить им вначале по телефону, а затем приехала с боксом от часов в аэропорт. Все это продолжалось несколько часов и мой самолет улетел, а я остался и без билета, и без часов.
- Вы позвоните в магазин в Люцерне и получите информацию из первых рук,- мое запоздалое предложение поставило их в тупик. Они пробормотали, что должны все проверить и через некоторое время так и поступили, пряча глаза и неохотно извиняясь. В общем, часы мне отдали на следующий день, я купил новый билет на сегодня, и мы покинули аэропорт. Конечно, они были неправы и можно было бы выиграть судебный процесс, но кто знает, дадут ли потом визу в Швейцарию?
Не могу сказать, что у меня сильно испортилось настроение. Предстояло провести еще сутки в Цюрихе . "Пусть это будет самая большая проблема в нашей жизни", - решил я.
Так я снова оказался в моем любимом баре, где пил коньяк и кормил швейцарскими булочками местных лебедей.
Разве может быть плохое настроение у человека с часами «Патек»?

Новые строки

Искусство жить - что это за наука?
И кто владеет этим ремеслом?
Как жить, чтобы не овладела скука,
И был прекрасен внешний вид и дом?

Хороший вкус, изящные манеры,
Познания в вине и красоте,
И женщины - Джоконды и Венеры
На этой недоступной высоте.

Под элегантным смокингом небрежно 
Часы Патек виднеются слегка,
Успех и процветанье неизбежны,
Об этом скажет всем ваша рука.

Устав от лиц и светского приема,
Слегка пьянея от французских вин,
Захочется вдруг оказаться дома,
Вдали от небоскребов и машин.

Но, рассекая волны океана,
Круизный лайнер движется вперед,
И снова острова, меридианы,
Большие города, чужой народ.

И каждый вечер зажигают люстры,
Их ловят свет бриллианты наших дам,
Поговорим о моде и искусстве:
"Позволите Вам налить вина...мадам?"

В круговороте декольте и фраков,
Под звуки скрипки, шума казино,
Вдруг понимаешь истину однако,
Все это уже было, но давным-давно.

Не ты, другой был счастлив и беспечен,
И проводил в объятьях вечера,
Любовь и жизнь дается нам не вечно,
И молодость закончилась вчера.

И лайнер - это копия планеты,
В движенье поступательном вперед,
Мы сочиняем новые сюжеты,
Пока нам жизнь не предъявила счет.

И лучше что-то сделать сожалея,
Не зная, чем закончится роман,
Чем жизнь прожить краснея и бледнея,
В присутствии любимых сердцем дам.

Судьба всегда к героям благосклонна,
И пусть же освещает дальний путь
Старинная фамильная икона,
Ты взять ее с собою не забудь.

И в мире, где, как прежде, любят книги,
В кругу картин, спектаклей и премьер,
Поймешь, как мелко создавать интриги,
И жить без интересов и манер.

Искусство жить - великое искусство,
В нем места нет кумирам и вождям,
Возможно, это есть шестое чувство,
Не властное дипломам и годам.

И будем жить в гармонии с собою,
Нести тепло, добро, любовь и свет,
Обласканные девой и судьбою,
На много долгих и счастливых лет!